Нью-Йорк, Нью-Йорк (2008) смотреть онлайн

Нью-Йорк, Нью-Йорк (2008)
+11
многоголосый закадровый
HDRip
Смотреть онлайн
Директор театра в творческом кризисе пытается разобраться со своей жизнью и окружающими его женщинами. Наконец, посчитав, что не стоит тратить свою жизнь впустую, он решает поставить «важную и искреннюю пьесу», для этой цели воздвигая настоящую живую модель Нью-Йорка в заброшенном складе. Он переживает муки любви и страдает от непонятных болезней...
    982
    0
    +11
Скриншоты:
Рецензии:
  • И ранее я сомневалась во времени, а теперь тем более.Глупые люди с их глупыми стереотипами о поиске смысла жизни, подходящего названия и прочими бытовыми декорациями реальной жизни. «Между застоем и переменами. Вся жизнь, если она конечно реальна, проходит в этот момент». Отнюдь не между прошлым и будущим. Хочется отметить лёгкость при просмотре фильма. Динамика безупречна. Кадр за кадром. Молниеносность. Пожалуй, такого Вы ещё не видели. Главный герой и герои вообще не вызывают каких-либо отрицательных эмоций. Если начнёте, то у Вас появится ощущение включённости в само действо. «Каждый главный герой своего сюжета, каждому нужно воздать должное». В ленте такое количество фишечек. Начиная от того самого горящего дома (просто горящий дом, ничего особенного, даже не задумывайтесь об этом) и заканчивая дневником дочери главного героя, из которого он узнаёт о происходящих с ней событиях (плевать, что живут они в разных странах). «- Я не догоняю Вашу книгу. - Зато она Вас догоняет». Когда Вы в последний раз думали? Нет-нет, не об атрибутике, сохраняющей статус среднего класса, а по-настоящему. Синекдоха отправит Вас на иглу антиздравой и социально неприемлемой внутриличностной мысли. «- У меня всё хорошо. - А я не хочу, чтобы у тебя было всё хорошо». Должен был получиться отзыв, но не здесь и не сейчас. Потому что сегодня, завтра и в прошлую среду времени не существует. И это даже не синтаксическая омонимия, это просто ошибка. Ошибка наткнуться на такую ленту и не посмотреть каждый переменчивый и хаотичный кадр, не услышать каждый безумный и ясный монолог. Мои слова, по меньшей мере, показались Вам сумбурными, а ход повествования странным? Я лишь пыталась передать общую стилистику фильма. И раз Вы дочитали до конца, то Нью-Йорк, Нью-Йорк – это Ваш город.
  • Фильм – аллегория Чарли Кауфмана«What was once before you – an exciting, mysterious future – is now behind you. Lived, understood, disappointing. You realize you are not special. You have struggled into existence, and are now slipping silently out of it. This is everyone's experience. Every single one. The specifics hardly matter. Everyone's everyone.» «As the people who adore you stop adoring you – as they die, as they move on, as you shed them; as you shed your beauty, your youth; as the world forgets you; as you recognize your transience; as you begin to lose your characteristics one by one; as you learn there is no-one watching you, and there never was... You think only about driving – not coming from any place, not arriving any place. Just driving, counting off time. Now you are here, at 7:43. Now you are here, at 7:44. Now you are gone.» «Synecdoche, New York», 2008 Чарли Кауфман для меня – человек-загадка. «Признания опасного человека», «Вечное сияние чистого разума», «Быть Джоном Малковичем», «Адаптация» – всё это фильмы, отснятые по его сценариям, которые были просмотрены мной в разные периоды жизни, и ни один из которых я не поняла. Каждая его работа – это что-то очень личное, интимное, выливающееся в порой несуразную картину, смахивающую на абсурд, но зато очень искреннюю. Каждый сценарий – очередная неприкрытая попытка отчаянной неврастенической рефлексии; анализ себя, своего окружения и своей жизни в целом; огромное душевное переживание, доверительно и, кажется, неуверенно, вынесенные на жёсткий суд суровой публики. «Синекдоха, Нью-Йорк» – творение уже более зрелое, серьёзное и вразумительное на мой взгляд. 50-летний сценарист сам выступил режиссёром данной картины. И она стала первой и единственной на сегодняшний день, которую я, кажется, поняла, которую смотрела с удовольствием, и которая мне понравилась! Самое главное, что необходимо сказать: это фильм–аллегория. О чём он? В качестве описания сюжета лучше всего подходит следующая цитата из него: «Кейден Коттор – это мёртвый человек. Он живёт между двумя мирами, между застоем и переменами, время там ведёт себя иначе, хронология нарушена. До недавних пор он отчаянно пытался постичь смысл своего положения, но погрузился в апатию.» Этого достаточно. Это фильм не о сравнении жизни с театром, не об американцах, не о «мире, в котором мы живём», даже не о главном герое или каком-то конкретном человеке, и так же не о жизни/бренности бытия. Сам автор говорит, что фильм о смерти и одиночестве, но не только – он так же о межличностных отношениях. А я вижу так: это фильм о каждом из нас, о том «Я», что у нас внутри, об Иде и Эго. Это наши внутренние конфликты; наши попытки поиска себя, смысла жизни; тщетные попытки обретения осознанного понимания любви и счастья, гармонии. Это эгоизм в его мерзком проявлении, когда в сущности, по правде говоря, осознаёшь ты это или нет, но всё, о чём ты думаешь – это ты сам. Главный герой воссоздал целый мир, целую жизнь, свою, ради себя, ради понимания того, кто он, что он из себя представляет. По сути – воплотил в реальность внутреннее «самокопание», ища попутно утешения и любви, понимания, но на руинах чужих жизней и чувств. В поисках себя он крайне эгоистично подавляет всех вокруг, подминает, подстраивает чужие жизни под свои нужды, оперирует окружающими его людьми словно кукольник марионетками. «— Я всегда смотрел на тебя, но ты не смотрел ни на кого, кроме себя. Так смотри, как я прыгаю. Смотри, как я узнаю, что после смерти ничего нет – не на что смотреть, не за чем следить, нет любви. — Сэми, спускайся! Сэми! Я не прыгнул!. .. Вставай! Я не прыгнул!» И ведь это о каждом из нас. Мы просто не осознаём, но мы все такие. Каждый. Движимые эгоизмом – даже в своих самых альтруистичных желаниях нами руководит эгоизм: «Я ХОЧУ, чтобы он был счастлив (осознаваемое), потому что тогда и мне будет хорошо (не осознаваемое, корень, первостепенное)». Стремясь удовлетворить собственные нужды мы готовы рушить всё вокруг, словно тараны, не видящие ничего, кроме цели, обуреваемые желанием достичь её: мы не думаем об окружающих нас людях, о том, что у них тоже есть чувства, что они так же ранимы, как и мы сами, у них свои жизни, свои потребности и желания. Во истину: «Ни один из этих людей не является статистом, каждый из них – главный герой своего собственного сюжета, каждому нужно воздать должное.» Нельзя не заметить присутствующую в фильме идею одиночества. Но она не центральная, а скорее сопровождающая (что более, чем логично и ясно). А почему? А потому, что это не то одиночество, которое обычно приходит в голову, когда слышишь это слово. Да, главный герой здесь действительно одинокий человек – живёт один, ни жены, ни детей нет (они есть фактически, но в его жизни не присутствуют) и выйти на откровенный разговор «по душам» вообще-то не с кем. Но это, опять же, аллегория. В «подкорке», если видеть дальше, глубже, то здесь это более философское, экзистенциальное понятие. Объясняю. Эта картина – персональное переживание личности. Потому здесь очевидна мысль о том, что каждый из нас одинок с момента рождения и всю жизнь, а особенно в старости и в момент смерти. Мы окружены людьми, но замкнуты в теле, душой, мозгом, сознанием наедине с собой. Мы можем поделиться своими мыслями и чувствами, но даже если их поймут, всё равно они только наши; никто их за нас не переживёт, не прочувствует, нас могут максимум поддержать, помочь, вдохновить, но это внешнее воздействие. Сложно облекать в словесную оболочку свои ощущения. Этот фильм нужно посмотреть. Он наталкивает на потребность порассуждать. Он напоминает реквием. Но этот фильм не для каждого. Я не отнесла бы его к тем, после просмотра которых человек меняет точку зрения на какие-то вещи, переоценивает ценности, меняет систему координат. Он для таких же, как я (и более отпетых)), любителей психоанализа. Прекрасное музыкальное сопровождение – не навязчивое, незаметное, но определённо делающее своё дело. Игра актёров не вызывает ни придирок, ни нареканий. То же можно сказать о режиссёрской и операторской работах – всё как нельзя лучше. И фильм расходится на цитаты, а это хороший показатель. А ещё он своей атмосферой очень похож на «Бёрдмэна» и некоторые из работ братьев Коэнов.
  • Синекдоха, Нью-ЙоркФилип Сеймур Хоффман считается сейчас одним из лучших американских актёров (пару лет назад он получил «Оскара» за роль Трумена Капоте в фильме Беннетта Миллера), хотя роли играет довольно однообразные. Привычное амплуа Хоффмана – это одинокий, страдающий человек, одержимый всевозможными комплексами и часто с гомосексуальными наклонностями. Если Хоффман играет роль второго плана, то фильм от этого сильно выигрывает – достаточно вспомнить «Талантливого мистера Рипли» или «Большого Лебовского», но если ему доверяют главную роль, то, как правило, получается тоскливое, депрессивное и довольно неприятное кино. Так что будьте готовы к тому, что на протяжении всего фильма Хоффман будет страдать, плакать, кривить лицо и копаться в своём дерьме (в прямом и переносном смысле), а мы должны будем ему сочувствовать. Кэйден Котар, театральный режиссёр, которого играет Хоффман, конечно, заслуживает сочувствия. Он страдает от множества болезней, в том числе деликатных, и ужасно одинок. Жена бросает его и уезжает в Берлин, прихватив с собой его единственную дочь. Но ведь на самом деле это очень лёгкий путь – давайте начнём массово снимать фильмы о неизлечимо больных людях и показывать в режиме реального времени их последние часы. Просто не всегда приятно смотреть на то, как корчатся в предсмертных муках в общем-то здоровые, богатые и успешные актёры, когда это повсеместно происходит в реальной жизни – буквально за соседней стенкой. Я, конечно, не любитель лакированных фильмов, вроде «Одиннадцати друзей Оушена» или «Мистера и миссис Смит», и понятно, что киношные герои должны время от времени страдать и умирать, но и в другую крайность впадать не нужно. Мне хотелось посмотреть этот фильм, в первую очередь, из-за Чарли Кауфмана. Это его режиссёрский дебют, но он известен как сценарист таких фильмов, как «Адаптация», «Быть Джоном Малковичем» и «Вечное сияние чистого разума». Визитная карточка Кауфмана – это смешение реальности и воображения, и этот фильм исключением не стал. Котар начинает ставить грандиозный спектакль о своей собственной жизни, выстраивает декорации, копирующие интерьер его квартиры и квартир его женщин, и заселяет съёмочную площадку двойниками реальных людей. Потом появляются двойники двойников и так далее – по нарастающей, пока жизнь Котара и его спектакль не сливаются в единое целое. Один неприятный тип по имени Сэмми играет самого Котара. На кастинге он признаётся в том, что маниакально следил за Котаром на протяжении многих лет, и знает его как самого себя. Так что теперь у Кэйдена появляется ещё одна проблема – Сэмми начинает замещать его не только на съёмках, но и в реальной жизни. Короче говоря, Кауфман есть Кауфман и в сценарии немало нетривиальных сюжетных ходов, но все они тонут, как в болоте, в депрессивной и я бы даже сказал жизненавистнической атмосфере фильма. Кстати, во время просмотра меня сильно удивила фраза одного из героев о том, что в мире аж 13 миллионов людей, но в Интернете этому нашлось любопытное объяснение. Оказывается, что практически весь фильм – это сон, который одновременно видит множество людей. Когда человек просыпается в реальной жизни, во сне он умирает – отсюда такое большое количество смертей в фильме и непонятная фраза насчёт тринадцати миллионов. Между прочим, в конце фильма Кэйден видит на стене нарисованные мелом часы, которые показывают 7:45, и именно в это время он просыпается в начале фильма. Но, во-первых, тем, что фильм оборачивается сном, никого не удивишь – это уже неоригинально. А во-вторых, если это сон, то тем более к чему такой трагизм?
  • Вы не сказку попали?, тогда Вам - в другой кинотеатр.Все слова и мысли - ниже пояса. С первых кадров фильма 'какашки, месячные, члены, вагины...' на фоне повальной смертности всех персонажей, за исключением двух главных героев. '...Я теперь знаю, как надо ставить пьесу!'- резюмирует главный герой в конце фильма. Сгусток мерзости от создателя гениального «Быть Джоном Малковичем». 'Нью-Йорк, Нью-Йорк' с таким же успехом мог быть назван 'Москва, Москва', 'Токио, Токио' и прочими мегаполисами, способствующими сведению человека с ума. Возникает вопрос почему для такой темы, как одиночество, выбраны такие инструменты раскрытия (темы), как то: какашки (зеляные, жёлтые, серые- это лишь то, что запомнилось), все возможные половые органы, виды секса, слюни во время еды, множество медицинских диагнозов, морги, кладбища, смерти, самоубийста и прочее дерьмо? Не являясь поклонницей 'Американских пирогов', хочу провести параллель с 'Нью-Йорк, Нью-Йорк'. Это hard версия, с, типа, смысловой нагрузкой.
  • Мужественный абсурдВот ведь... Все-таки села писать о «Нью-Йорке» Кауфмана, зная, что все равно ничего не получится. Разве что несколько путаных наблюдений, страхов, не к месту сказанных слов. Километры увиденного и непонятого. Дневниковый сумбур. В общем-то, и фильм о том, что в жизни никогда и ничего не получится. Тем более, как хочется. В том числе жить. Но рассказано об этом не тоном депрессивной прохладцы, а мудрой и почему-то согревающей тоски. Как будто Кауфман придумал и снял все это «после жизни и смерти// умудренный вдвойне», опробовавший экзистенцию и по ту, и по эту сторону в самом концентрированном виде. Я раньше не задумывалась, что человечья тоска может быть органичной (как дыхание), уверенной (как позиция), взвешенной (как жизненный выбор), действенной (как поступок), стимулирующей думать, идти, жить. Что она может быть целью творчества, общения, любви. И их условием. Ну, то есть я читала о тоске у Бердяева, Хайдеггера… Удивлялась тому, как спокойно Бродский отождествляет скуку, тоску и время… И знала, да, что тоска – одна из самых сильных тем литературы (и искусства вообще). Одна из главных точек отсчета (и возврата) философии. А этот фильм задал мне вопрос неожиданный. Возможна ли полноценная жизнь без тоски? Религиозный человек тоскует по вечности, романтик – по второй половинке, поэт - по красоте, философ – по идеалу, мистик – по неизвестному… Тоска, в отличие от скуки (которая есть скорее зуд, а не боль), одухотворяет. И даже тянет (а кого-то приводит) к высшему. Чарли Кауфман, безусловно, певец тоски, т.е. высокой, творческой, травмо-целительной ее сути. Тоска – не оформившееся в план, мысль или слово, трудноуловимое, но неотступное желание чего-то... Большего? Другого? Иного? Тяга. Зов. Ожидание. Лучший выход, который «всегда насквозь». Выход из ненастоящего. Вера/доверие боли (причем не только своей). Что-то знакомое каждому, что-то всеобщее. Настоящие страдание, боль, тоску, одиночество (по Кауфману, видимо, самые правдивые эмоции в нашей жизни) мы все способны испытать лишь осознав бессмысленность, тщетность, бренность всего окружающего. Так что, выходит, бессмыслица и есть настоящее. В Кауфмане бьется хармсово сердце, не иначе! Мужественный абсурд – вот что гонит кровь его фильма по всем этим сложносочиненным декорациям города-синекдохи, города бездомных, бездольных, одиноких... Города этого, если вдуматься, нет. Он прием литератора-режиссера. Часть от целого. Целое от части. Он эфемерен, как заблуждение каждого считающего себя создателем (хозяином, режиссером) мира. И стоек и вечен, как пустота. И замкнут и безвыходен, как нарисованный на кирпичной стене круг циферблата, чьи стрелки никогда не дотянутся до восьми, но будут вечно стремиться к восьмерке бесконечности. Главное удивление от фильма: чем больше погружается герой (режиссер нескончаемого спектакля Котар (Филипп Сеймур Хоффман)) в суету, эфемерность, ненастоящее, чем болезненнее его замысел (выдумка) срастается с его жизнью, тем больше чувство, что все это не обман, а без каких-либо оговорок правда жизни. «Что хорошо в скуке, тоске и чувстве бессмысленности вашего собственного или всех остальных существований - что это не обман» (И. Бродский). Думаю, Кауфман бы подписался. Как и под тем, что вся жизнь – это лишь подготовка к спектаклю, а смерть настигает именно тогда, когда приходит наконец идея, как же его надо на самом деле назвать, поставить, сыграть. Прожить... «Ваша сцена окончена. Прошу вас, покиньте сцену». В саркастической улыбке Кауфмана нет самомнения и мании величия. Напротив, чувство малости, тщетности, неумения жить, непонимания окружающего; оно честнее самолюбования (и, если следовать его логике, честнее ОПТИМИЗМА веры и надежды). …Искусственный дождь льет над искусственной (сценической) могилой. Играющий роль священника произносит речь над ее пока разомкнутыми объятьями. Она звучит – и наступает предельная ясность (со словами это бывает редко, тем более с переведенными). И уже не тяготят жуткие хитросплетения судеб, путаница событий и имен, застоев и перемен, дат, миров, как минимум двоящихся (экзистенция и жизнь, реальность и литература, слепок и оригинал, симулякр и настоящее, тюрьма и свобода, бред и явь, смех или слезы...). Она звучит: «Вы видите десятую часть правды… Миллионы ниточек тянутся от каждого вашего решения. Каждый раз, делая выбор, вы можете разрушить вашу жизнь… Мир живет миллиарды лет, большую часть времени вы мертвы или еще не родились. У вас есть одна попытка. Судьбу вы творите сами… Родившись, живете в тщетном ожидании, годами ждете звонка, письма, взгляда, который должен что-то исправить… Но не дождетесь, или дождетесь, но не того… Вы тратите время на пустые сомнения и пустейшие надежды. На то, что произойдет что-то хорошее, что вы обретете связь с миром, станете хорошим человеком, что будете кем-то любимы… А правда в том, что я так зол, что мне охренительно грустно, что мне так хреново… И я так долго притворялся, что все хорошо, держал себя в форме…чтобы… сам не знаю почему, может потому, что никто не хочет слышать о моих бедах. Всем хватает своих. Что ж… Идите все на… Аминь» Да! Кауфман прежде всего литератор. Он превозносит слова. Он не может обойтись без них даже там, где все должно сказать молчание. Он не умеет ставить точки безмолвием. Он даже время отмеряет словами. Ему надо сказать все-все-все. В том числе «умри!» в финале, даже смерть сделав словесной, читаемой. «Восхитительное, загадочное будущее, которое было перед тобой, прожито, понято, не оправдало надежд. Ты понимаешь, что в тебе нет ничего особенного, ты боролся за существование, а теперь украдкой ускользаешь из него. Через это проходят все, все до единого. Различия почти ничего не значат. Все вокруг одинаковы - ты, Адель, и Хейзер, и Клэр, и Олив, и Элен, все ее ничтожные печали – твои, ее одиночество, тонкие седые волосы, шершавые красные руки… все твое! Пришла пора понять это… Люди, любившие тебя, перестают тебя любить, умирают, движутся далее, ты теряешь их, теряешь свою красоту, молодость… Мир забывает тебя. Ты осознаешь свою бренность, теряешь все свои отличительные черты. Понимаешь, что никто не следит за тобой, и никогда не следил. Ты думаешь только о том, чтобы ехать ниоткуда и никуда, просто ехать… вот ты здесь (7:43), а теперь ты здесь (7:44)… А теперь ты нигде!» Вот такое вот окно в бесконечность… Но больше всего поражает в Кауфмане (и его герое Кейдене Котаре – бесспорном alter ego) - любовь без веры и надежды, еще одна синекдоха, отрезанная от целого, кровоточащая, но все же живая...
Знаете ли вы, что...
    Словарь «Merriam-Webster» дает следующее определение слову «синекдоха»: Фигура в стилистике, при которой часть является определением целого (например, «съел целую тарелку» значит «съел суп, который находился в тарелке», а не саму керамическую тарелку), целое является частью («клиент пошел привередливый»), замена генитивной структуры эллиптической(«100 голов скота»), эллиптической вместо генитивной («голова» вместо «мыслящий при ее помощи человек»), или названия материала вместо вещи, которая из него сделана(«Ложи блещут, партер и кресла - все кипит»). Последнее в русском языке считается метонимией.
Доступно на устройствах:
IOS
Android
Tablet
Smart TV
Поделиться с друзьями:

Нью-Йорк, Нью-Йорк (2008) смотреть онлайн бесплатно

Плеер 2 Плеер 3 Плеер 5
После просмотра Нью-Йорк, Нью-Йорк (2008) обязательно оставляйте комментарии
Оставить отзыв
Прокомментировать
Кликните на изображение чтобы обновить код, если он неразборчив
Регистрация
Вход
Авторизация